Переехав в Лондон после развода, 42-летняя женщина сняла квартиру на четырнадцатом этаже Кэнэри-Уорф. Она надеялась начать жизнь заново среди стекла и бетона, но вскоре услышала из стены ванной женское пение и узнала, что на этом месте когда-то стоял приют для вдов моряков.
Переезд состоялся в конце ноября. Квартира с видом на Темзу была снята на полгода; в отлив из окна виднелись илистый берег, обломки кирпича и старые сваи. На четвертую ночь сквозь стену донеслась тихая мелодия без слов, похожая на ритм работы. Сначала женщина решила, что ей померещилось.
На следующий день во время отлива она спустилась к реке. На свае висели ржавый крюк и истлевшая веревка. Незнакомый старик с собакой предупредил, что ходить по берегу в это время не стоит: «Вода помнит, а грязь возвращает». Ночью к пению добавились мокрые шлепки. Звук не заглушила даже открытая вода из крана, а бетонная стена под ладонью дрожала в такт голосу.
Агент по аренде сообщила, что этаж пустует и соседей нет. В местном архиве женщина узнала: раньше здесь находился работный дом Святой Анны, основанный в 1840-х годах для вдов докеров и моряков. Обитательницы стирали белье, шили саваны и принимали роды. Архивистка упомянула местные рассказы о том, что некоторые женщины так и не обрели покой.
В интернете нашлась и трагическая подробность: в 1862 году Темза внезапно затопила подвал работного дома. Погибли тринадцать женщин; их тела обнаружили в иле, а в руках у них оставалось белье. Само здание снесли в 1963 году, сообщает источник.
После этого в квартире стали слышны уже несколько голосов и ритмичное полоскание. Однажды ночью стена ванной размягчилась, а над потолком послышались шаги. В техническом пространстве мелькнула босая нога. Вызванный сантехник ничего не обнаружил, кроме старой серой ткани с кружевом. На ней были вышиты буква «А» и крест.
Женщина стала ночевать в гостинице, но простыни там по утрам пахли речной водой. Вернувшись за документами, она увидела, как из ванной течет серая вода. Ванна оказалась наполнена черной жидкостью, хотя кран был закрыт. На поверхности лежали ее выстиранные вещи, а сверху — тот самый ржавый крюк. Затем из пустого коридора донеслись шаги, а мокрый отпечаток ладони медленно пополз по стене.
В лифте вместо первого этажа загорелась отметка «-2». За дверями оказался залитый водой подвал, где стояли женщины в платках и протягивали ей белье. Она успела уехать наверх и через два дня съехала, заплатив неустойку. Позже она перебралась в Йоркшир, подальше от большой воды.
Однако по ночам в новом доме всё еще появляется запах реки и старого мыла. На сухом кафеле остаются следы маленьких босых ног с илом между пальцами. Женщина боится, что однажды призраки принесут белье и потребуют, чтобы она взялась за него.